О чём рассказали архивные документы. Неизвестные страницы истории Новотроицка

В Музейно-выставочном комплексе Новотроицка постоянно ведется исследовательская работа. И не так давно здесь было сделано, не побоимся этого слова, открытие: в результате нескольких лет упорных изысканий стало известно – поселок Ново-Троицкий, получивший в 1945 году статус города, официально появился на карте Советского Союза в 1926 году. 

Неизвестное об очевидном

– Общеизвестно, что наш город появился не на пустом месте – первые его жители поставили свои дома невдалеке от хутора Сильнов, – рассказывает старший научный сотрудник новотроицкого Музейно-выставочного комплекса Людмила Москаленко. – Об этом хуторе до нас дошли совсем скудные сведения: он был тихим, уютным, располагался у озера Удобное. В Сильнове жили казаки, хутор был «белым» и по окончании гражданской войны опустел: те, кто приехал в поселок Ново-Троицкий в середине двадцатых годов, говорили – от него почти ничего не осталось. Можно было увидеть развалины некогда большой и добротной конюшни, а также куски строительного камня. Возможно, это были остатки старой усадьбы.

Вообще, на территории нынешнего муниципалитета раньше было много хуторов: Бережной, Свято-Троицкий, Братьев Бабак и Михайлов. Несколько лет назад мне довелось оказаться в составе небольшой исследовательской группы, которая проезжала по местам былых поселений. Я смотрела на опустевшие места и думала: а ведь где-то здесь в середине двадцатых появился прадед Новотроицка. И вдруг вопрос «А когда именно это произошло?» обрел для меня особую важность. Я начала поиски, используя архивные базы данных, выложенные в Интернете.

Из воспоминаний старожилов Новотроицка:

«Вокруг поселка (Сильнова – прим. Л. Москаленко) все было в окопах и ямах, детвора находила гильзы, винтовки, штыки от винтовок, трещотки, чугунные «звездочки», которые бросали под копыта коней во время сражений гражданской войны».

Зацепка? Нет – ответ!

Людмила Москаленко даже не заметила, как этот поиск перестал быть для нее «рабочим вопросом»: все чаще и чаще она посвящала ему практически все свободное время.

Перед глазами Людмилы Николаевны прошли сотни электронных фотографий, скан-копий документов и вырезок из старых газет. Она перечитала множество статей, получила массу информации об истории восточного Оренбуржья. Вглядываясь в каждый новый документ, искала хотя бы небольшой намек, хотя бы зацепочку, но однажды…

– Я нашла в одной из открытых баз данных скан-копию документа под названием «Список населенных мест 1926 года по Оренбургской губернии», – признается Людмила Москаленко. – В качестве пояснения на обложке значилось – «10% выборочн. и динамич. с-хоз. переписей». То есть речь шла о сельскохозяйственной переписи. Из аннотации было понятно, что список населенных пунктов с информацией о них был составлен к июлю 1926 года.  

Двадцать шестой год! Ведь именно он так часто упоминался в рассказах первых новотройчан. Замерев от волнения, я принялась изучать этот документ. Нет, ничего похожего на название «Ново-Троицкий» не значилось – ни в полном списке, ни в той его части, где шло перечисление населенных пунктов, относившихся к сельсовету Хабарного.

С интересом прочитав о том, что в 1926 году в Хабарном было 115 дворов с общим количеством жителей 524 человека, Людмила Николаевна вновь вернулась мыслями к главной цели своих изысканий.

– Я вновь и вновь вспоминала задокументированные рассказы новотройчан-старожилов, которые к тому моменту уже знала практически наизусть, – говорит она. – Неужели это просто ложные воспоминания, повторение чьей-то субъективной ошибки? В какой-то момент предположила: дескать, если речь идет о десяти процентах переписей, то, может быть, не все населенные пункты были учтены. Но тут же одернула себя: десять процентов от стандартных домохозяйств – это просто выборка для проведения социологических исследований и соцопросов. И снова вопрос: а как соотносятся новые сведения с данными Всесоюзной переписи населения 1926 года? Оказалось, в сети такая информация доступна. Открываю новый файл, и вот здесь, в списке населенных пунктов Оренбургской губернии, – поселок Ново-Троицкий. Статистические данные на момент переписи рассказали о том, что в поселке 28 дворов, из них 5 – русских, 23 – украинских. Всего здесь проживало 145 человек – 77 мужчин и 68 женщин.

Людмила Николаевна скачала эти документы, распечатала копии и, перебирая их, вдруг подумала: «Неужели это так просто?». Совершенно забыв о месяцах кропотливой работы!

– Едва осознав, что наконец-то нашла то, что так долго искала, я принялась рассуждать, – продолжает Людмила Николаевна. – Всесоюзная перепись населения 1926 года проходила в сельской местности две недели, начиная с 17 декабря. Получается в июле 1926 года поселка Ново-Троицкий еще не существовало, а в середине декабря – уже почти тридцать дворов! Как будто люди просто взяли и появились там, но ведь не из ниоткуда же! Еще раз прочла документы о проведении обеих переписей и теперь обратила внимание на строчку, которая ранее не казалась мне такой важной: в «первый список» не вошло восемьдесят населенных пунктов, их подавляющее большинство возникло после 1 июля 2026 года – в порядке расселения. Выходило, что поселок Ново-Троицкий появился во временном промежутке между 1 июля и 17 декабря 2026 года. А его первые жители – переселенцы из разных регионов Советского Союза.

Из воспоминаний старожилов Новотроицка:

«Маленький поселок (Ново-Троицкий – прим. Л. Москаленко) уже был на берегу старицы. С нашим переездом он почти определился в две улицы в четыре ряда.

Начинать было очень трудно, год выдался тяжелым. В основном каждый занимался в своем хозяйстве, но были и такие, кто ездил на работу в Орск. Особенно трудно было в 1932-1933 годы – сушь, урожая нет, озера обмелели, кормить скотину нечем. В Орске перестали печь хлеб. Вся надежда была на природу и терпение».

Всё сошлось

– Когда «основа пазла» сложилась, стало ясно значение остальных его деталей, – отмечает Людмила Москаленко. – Переселение населения в наш регион велось еще в дореволюционное время. Есаул Оренбургского казачьего войска Василий Сильнов, именем которого и был назван хутор, до сих пор являющийся историко-географическим маркером Новотроицка, входил в состав переселенческой комиссии и следил за ходом переселения в Оренбуржье людей из центра России и из Украины. Для обеспечения крестьян землей и освоения малонаселенных территорий.

К началу двадцатых годов внутренняя миграция начала усиливаться, во многом – из-за обрушившегося на страну голода. Советская власть определила механизмы регулирования этого процесса. Людей направляли на Дальний Восток, в Сибирь, в Поволжье, на Северный Кавказ и в Приуралье, то есть в наш регион. Для обустройства на новой местности людям оказывалось все возможное по тем временам содействие, даже выплачивались подъемные. Также людям не возбранялось менять место жительства в рамках региона. Кстати, такое происходило достаточно часто.

– Мы знаем, каким увидели поселок Ново-Троицкий те люди, которые стали его, образно выражаясь, первым пополнением: простые саманные домики в четыре ряда, утопающие в бескрайней степи, – отмечает Людмила Николаевна. – Сохранившиеся снимки тех лет свидетельствуют: здесь практически не было дикорастущих деревьев. Но о том, что ощутили пионеры Ново-Троицкого, мы можем только гадать. Были ли они очарованы океаном летней степи? Опьянил ли их вольный ветер, гулявший над ковылем? Или они, по-хозяйски оглядевшись, оценили простор земли под выращивание хлеба и выпас скота, а также  голубые озера, полные рыбы? И рачительно решили: это место – подходящее для того, чтобы стать новым домом для них, оторванных от своих корней из-за социальных бурь.

Из воспоминаний старожилов Новотроицка:

«С 1926 по 1940 годы Новотроицк входил в состав колхоза «12 Октября» (по официальным источникам, он назывался «12 Декабря» – прим. Л. Москаленко). Образован он был переселенцами из разных мест. В основном это были жители Украины, о чем свидетельствуют фамилии многих первопереселенцев. Они определили место для хутора в районе городского озера (на побережье озера Сазанье, в районе современного железнодорожного вокзала – прим. Л. Москаленко) и построили первые жилые строения, так называемые землянки. По внешнему виду землянка напоминала украинскую мазанку. После наводнения 1942 года все землянки были практически разрушенными».

Корни нашего единства

Исследование старшего научного сотрудника Музейно-выставочного комплекса Людмилы Москаленко указало: корни нашего многонационального единства и добрососедства глубоко уходят в толщу времени. Выходцы из дальних районов страны вместе с переселенцами из других районов Оренбуржья и местными жителями образовали единую семью. Гражданская война, голод, разруха, – все это было вчерашним днем. Сосед становился практически родственником, от поддержки которого зависело выживание. Совместное преодоление сложностей того периода заложило основу крепкой традиции единства, которое и сегодня не только не теряет своей актуальности, но и приобретает еще большую важность.

Фото: Музейно-выставочный комплекс Новотроицка